oldtale (oldtale) wrote,
oldtale
oldtale

Category:

"Легенды о великих влюбленных". Интервью с Г.А.В. Трауготом.

Представляем Вашему вниманию небольшой кусочек интервью с А.Г.Трауготом, который вновь помог нам создать "вкусную" детскую книгу "Легенды о великих влюбленных".

-Александр Георгиевич, какие у Вас впечатления от идеи этой книги в целом? Что Вы об этом думаете? Как Вам эта подборка текстов?

- Книга меня очень обрадовала. Например, у нас с братом никогда не было детских книг. Мы читали серьезные книги с самого детства, Диккенса, например. Брат с девяти лет наизусть знал исторические хроники Шекспира и декламировал замечательно. Так это было смешно: малыш такой, но очень серьезный! А вот тексты «Легенд» Прокофьева очень изящно пересказала. Она нашла какой-то ключ, такой, что эти вещи сохранили всю свою серьезность, но, при том, вполне детские. Они сохранили самое нужное, что сейчас может быть для всех возрастов, - это исчезнувший романтизм. Детям, кажется, негде встретить, чтобы принц падал на колени и говорил: «Я полюбил тебя с первого взгляда». Так вот, я хотел бы, чтобы люди всех возрастов, в том числе и моего возраста, услышали о любви именно в таком романтическом ключе.

- Мне кажется, что адаптированные пересказы для детей и подростков необходимы, потому что это - возможность заинтересовать их вообще этой историей, этими сюжетами. Здесь вопрос даже не только в романтизме, но еще и в донесении очень многоплановых историй до детей. А знание и понимание этих сложных сюжетов, проходящих через все искусство и культуру, важно с детства.

- Когда я говорю о романтизме, я думаю, что все современные люди немножко находятся в тюрьме практицизма, в тюрьме, где все мечты невероятно коротко обстрижены. И в этом смысле для меня романтизм – то, что противоположно практицизму. Когда я был ребенком, для меня человек с орденом был романтическим впечатлением. А потом я узнал, как один мальчик, нахимовец, очень цинично смотрит на все ордена и погоны: он по ним подсчитывает, кто сколько получает. Я думаю, вообще все это является причиной упадка искусства. В моем детстве, а я рос среди художников, все время велись настоящие споры об искусстве. Не было ясно, кто великий, кто – нет. Я не знаю, может, я оторван от молодых людей, может споры существуют и теперь, но по моим впечатлениям, теперь все сводится к уважению к стоимости. Если что-то дорого ценится, то заканчиваются все сомнения.
Великие художники умирали в нищете, а бездарности процветали во все времена, и никто не считал их великими. Даже в сталинское время огромным уважением среди художников пользовались люди, которые не имели званий. Просто это были очень уважаемые мастера. А вот таких, которые получали сталинские премии многократно, вообще ни во что не ставили. Было высокомерное отношение к официальным художникам.
Без романтики, без романтизма жизнь мелеет. Получается мелкий ручей, иногда просто стоячая мелкая вода… Поэтому я надеюсь, что эту книгу прочтут, и хотя бы один человек использует ее для себя. И один человек - это очень много.
Эта книга - очень полезный сборник, и важно, чтобы она была интересна. Я думаю, хорошие рисунки помогут этой книге, потому что многое там сказано, но не все может быть увидено. И в этом смысле художник что-то дает. Я думаю, что в дальнейшем книга будет существовать только с картинками. Где-то у Анатоля Франса, а он был библиофилом, я читал насмешки над собирателем, который покупал книжку без картинок за один франк, а с картинками - за два. И Анатоль Франс его презирал. Но сейчас, конечно, для собирателя книг интересны только книги с картинками, потому что информативную часть возьмет на себя техника, которая будет совершеннее и совершеннее.

- Мне тоже так кажется. Книга – это не просто текст и рисунки, это отдельное произведение искусства, сложносочиненная структура, как организм, как творчество…

- Я думаю, что появятся самые удивительные формы книги. Вот как было, когда была рукописная книга. В Библиотеке Академии наук есть Евангелие, которое весит, по-моему, двадцать пять килограмм. Его тяжело поднять. Художник, видимо, всю жизнь делал одну книгу. В конце он снабдил ее своей молитвой, молитвой трудолюбца, и предостережением об особенном с ней обращении.

- Как Вам кажется, насколько, важна тема нашей книги? Мне кажется, что влюбленность и романтизм, вне зависимости от времен, - свойство некоторых людей и некоторого возраста.

- Нет, я не согласен, что это в определенном возрасте. Дон Кихоту было семьдесят лет, когда он начал свои странствования. Душа не имеет возраста. Если душа жива, то нет и старости. Я как раз порицаю русскую традицию, которая идет от Пушкина, а у Пушкина это от Байрона – запирать человека в тюрьму молодости. Вот это знаменитое: «Пока свободою горим, пока сердца для чести живы», а что потом?

- К каждой книге нужен свой ключ и подход, какая-то особая манера. Для «Легенд о великих влюбленных» Вы придумали что-то новое или воспользовались каким-то Вашим фирменным приемом?

- Я надеюсь, что есть что-то новое. Правда, в работе всегда отталкиваешься от того, что делал перед этим. Из последнего мы делали книгу о Паганини на черном фоне, потом о Россини, там синий цвет, а вот для «Легенд» меня потянуло увидеть что-то белое. Просто белая бумага – это еще не белое. Когда я думал о «Легендах», я представлял, как их будут читать девочки.

- Да, а мальчики не будут?

- Ну, и мальчики. Но вообще искусство всегда начинают воспринимать женщины. Потому что мужчина даже с юности занят карьерой, добыванием денег. Хотя сейчас есть и женщины деловые. Но, все-таки, мужчина больше связан с делом. А искусству нужна какая-то праздность. Я пытаюсь представить, как девочки смотрят на свадьбу, чтобы увидеть белое, чтобы книга была как в подвенечном платье.
Мне очень нравится сама идея этой книги. Я сказал о девочках, которые будут ее читать, но мальчики тоже должны знать об этом. Собственно, осуществление личности только в любви, и уникальность личности только в любви. Потому что все остальное не уникально. Любовь – это дар, далеко не все этот дар имеют, но, хотя бы понимать, что это дар, и хотя бы мечтать о нем, это уже очень много.

- Александр Георгиевич, если все получится, то для мальчиков мы сделаем «Легенды о великих рыцарях». У нас уже складывается подборка. Так что, возможно, это - работа с продолжением. А нашу с Вами вместе сделанную книгу, «Счастливый конец», Вы кому-нибудь дарили? Какая была реакция, какая отдача?

- Да, очень положительная! Потому я и дарил, что книга очень нравится.
Я люблю, когда много иллюстраций. Я думаю, что читателя к этому нужно приучать. Шарль Перро писал в предисловии к сказкам о том, что некоторые считают, что у него книга перегружена рисунками, на что он очень обоснованно отвечал, что если он угощает, а кто-то что-то не ест, то это не так важно. Я думаю, что количество картинок будет все больше и больше, и это не страшно. Люди привыкнут к этому.

- Александр Георгиевич, а какие у Вас самые любимые книги?

- Мне трудно на это ответить, потому что любишь больше всего то, что сейчас делаешь.

- То есть «Легенды о великих влюбленных»?

- Да… Да.
img008
Subscribe

  • Екатерина Борисова и её сказки

    Не так давно мы выпустили ещё одно издание книги «Счастливый конец». Когда-то, в 60-70е книга пользовалась большим спросом, и с ней…

  • Предзаказ на «Счастливый конец» открыт!

    Друзья! Спешим поделиться с вами очень радостным для нас событием! На подходе новое издание сказки «Счастливый конец». По…

  • Легенды о великой любви

    Свершилось! Мы наконец-то это сделали — отдали в печать "Легенды о великой любви" в пересказе Софьи Прокофьевой с иллюстрациями…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments